Сколько себя помнил, рисовал Жан всегда. Без разницы чем и на чем: карандашом на бумаге, углем на стенке, но так… несерьезно, конечно. Или же мог взять ветку неподалеку, на корточки присесть — и вот он уже рисовал чей-то портрет палкой на земле. Конечно, это было лицо Микасы.lg...

Гарнизон стал для неё вынужденным домом: день и ночь она проводила в забытьи, лишь бы избавиться от обиды и кипучей злости. Теперь же и дед, и розы Гарнизона позади — уступили место бесконечной игре на выживание с титанами. Главное, чтобы капитан Леви заранее её не изжил.lg...