Аддамс жестоко втаптывала израненное сердце художника в грязь, ранила язвительными фразочками и не давала и шанса на спасение, а Торп только и мог, что гасить свою боль в ментоловых сигаретах и искусстве, в попытках не лишиться рассудка до конца.lg...

Люди говорили, что ни любви, ни смерти избежать нельзя. Уэнсдэй хотелось бы избежать первого и перейти сразу же ко второму блюду, но существовало так много «но». И все эти «но» так злосчастно сводились к сумасшедшему художнику, что так сильно был влюблен в неё.lg...

Ривену не нравились хорошие девочки, а Муза до дрожи ненавидела пошлые шутки и его блядскую улыбочку, от которой в буквальном смысле выворачивало. Они были слишком разными, но правильно ведь говорят, — «Противоположности притягиваются», ведь так?lg...

Семь смертных грехов. Семь ангелов, что предали рай и были отправлены в преисподнюю расплачиваться за свои грехи. Их души прогнили насквозь, и в своё наказание они вынуждены отравлять души людей, заставлять идти на самые грязные поступки — совершать один из семи грехов, за который каждый из них расплачивается. Её чистая душа стала её проклятьем, и самой судьбой было предначертано сгореть в дьявольском огне, не имея шанса на спасение.lg...