Первое, что Ким Сон почувствовал после смерти, — запах бумаги. Не серы. Не цветов. Не пустоты. Бумага. Старая, пыльная, канцелярская. Как в кабинете директора школы, куда его вызывали после драки. Как в библиотеке, где он прятался от всех. Как в том самом кабинете, где ему сказали: «Ваш друг покончил с собой». Сон открыл глаза. Белый потолок. Лампы дневного света. Стол. Стул. Папка с его именем. И женщина напротив — серая, уставшая, с красной папкой в руках. — Ким Сон, — сказала она, не поднимая глаз. — Двадцать три года. Самоубийство. Подтверждено. Сонхва молчал. — У вас есть два варианта, — продолжила женщина. — Первый: уйти. Вас больше нет. Никто не вспомнит. Никто не заплачет. Всё закончится. Она подняла глаза. — Второй: работать. — Что за работа? — спросил он. — Мы называем это Отдел. Вы будете видеть смерти. Закрывать дела. Провожать души. И никогда — слышите, никогда — не вмешиваться. — Добро пожаловать, Серп №441. lg...