Здесь, на дне своего отчаяния, Джинни обнаруживает горькую правду: порой, чтобы уничтожить монстра, нужно им стать.lg...

На шестом курсе Гермиона понимает, что подкрадывающаяся война с Волдемортом — не самое страшное, что ей придётся пережить. Она ведет неравную борьбу с самым сильным противником — своим телом. И когда сил почти не остается, сама тьма со змеей на предплечье протягивает ей руку помощи, смешивая черное и белое в мутное пятно.lg...

После победы над Волдемортом Гермиона работает психотерапевтом-целителем и помогает жертвам войны восстановиться после травмирующих событий. Она точно знает, что находится на своём месте, пока на пороге её кабинета не появляется Драко Малфой.lg...

— Я Гермиона Грейнджер, — говорю я в пустоту. Но уже сама в это не верю.lg...

Она ощущала его теплое плечо рядом со своим, но не чувствовала, что он рядом. Каждый из них был по отдельности. Каждый летел в эту пропасть, не держа за руку другого.lg...

— Ты хочешь, чтобы я ушла домой в чужой одежде? Ответом служит хриплый смешок. Не наполненный злорадством, вовсе нет, однако от него всё равно становится не по себе. Малфой выглядит так, будто услышал самую большую на свете несуразицу. — Теперь здесь твой дом. Привыкай.lg...

Больше, чем Рождество, Драко ненавидит только снег. Снег, как правило, рушит планы, задерживает, и к тому же привносит сырость. Но это Рождество наделяет его ещё двумя наименее привлекательными пунктами из его списка — плачущие девушки и Гермиона Грейнджер.lg...

— Мы должны спасти их всех, — раздражённо произнесла Гермиона, всплёскивая руками. — Никто другой этого сделать не сможет. — Я не грёбаный Поттер, не спаситель мира, — резко ответил Драко. — Мне насрать на мир — пусть сгорит. Я делаю это, чтобы спасти себя и тех, кто мне дорог. Все остальные — ничто. Слова застряли в горле, когда он обхватил её горящее лицо руками, вглядываясь в неё. И осознание того, что она теперь одна из этих людей, разлилось по телу дрожью.lg...

Её зависимость находится в закрытой комнате, рассыпанная по пакетикам разноцветной радугой, переливающаяся в ампулах, уложенных стопками. Его зависимость смотрит сейчас прямо на него распахнутыми карими глазами, в глубине которых плещется вина.lg...

— В футляре они смотрелись лучше, — отвечает она, кивая на запонки на его запястье. Наверное, как и их отношения в её голове. Есть вещи, которые лучше смотрятся на витрине. В ярком воображении. С реальностью же совершенно не сочетаются. Есть мосты, через которые не нужно переходить. Теперь она знает.lg...

Что-то убивает её, и я бы сделал всё, чтобы это остановить. Но я не могу. Большим пальцем я стираю пятнышко грязи с её впалой щеки и чувствую тёплую влагу. Это её слёзы или мои?lg...

Раз, два, три, четыре. Раз, два три… Сбивается ритм движений её сердца. Но на этот раз это отдаётся по телу теплом.lg...

Дракон приходит на зов песней. Приходит в ночи. Приходит, чтобы забрать своё.lg...

— Это горизонт событий, — она взмахнула рукой. — Точка невозврата. Некое место, за которым никакие события не могут на тебя повлиять. Не существует тьмы и света, жизни и смерти. Всё стремится к нулю, и пространство одновременно бесконечно и ничтожно мало. И время... время там мертво. И сбежать оттуда невозможно. — Звучит заманчиво, — Драко хмыкнул и запрокинул голову, вглядываясь в небо. Будто бы старался разглядеть там это место, где не будет войны и боли. Где не будет их.lg...

Тогда он достал из её косметички коричневый карандаш для глаз и стал рисовать между точек отрезки. От макушки до пяток он выискивал новые созвездия на её теле. Найдя небесную сферу Скорпиона, он долго смотрел на неё немигающим взглядом, явно погруженный в свои размышления. Она поняла его без слов, когда осознала, на каком участке тела находились пересечения линий — на животе.lg...

Синяя обложка книги «Эмилия Реджер» постоянно мелькает перед глазами Гермионы, где бы она ни была. За изданием книги следит весь магических мир и даже её друзья, находящие сходства между Гермионой и главной героиней. Всё доходит до абсурда, когда обнаруживается, что действия в истории перекликаются с реальной жизнью девушки. Кто-то стоит позади, обжигая спину вожделеющим взглядом. Кто-то следит за Гермионой, пока она живёт своей жизнью. Кто-то отчаянно хочет узнать всё о ней.lg...

— Мы сделали это, Грейнджер, — парень убрал непослушный локон, выбившийся из аккуратной прически Гермионы за ухо. — Теперь уже Малфой, — прищурилась та и легонько щелкнула его по носу. — Точно. Но вряд ли я привыкну называть тебя по-другому. — Я не против. В этом есть что-то... романтичное, — еще одна счастливая улыбка, подаренная ему в сотый раз за день.lg...