У Маринетт Дюпэн-Чэн было до смешного много нелепых моментов в жизни. Это уже давно все знали. И всё же, ей удалось превзойти саму себя. Стояло три пресловутых "но" на повестке дня: она умерла, она вернулась во времени на шесть лет назад. - Не хочу проходить через всё это снова, давай просто больше никогда не встречаться, ладно? А ведь было ещё одно "но", более важное. Кот Нуар почему-то был ей одержим.lg...

— Ступай, цветочек, забывая сюда дорогу. Держаться подальше — правильный выбор, знаешь, — Рам расправил плечи, полностью возвысившись на Дивией. Их разделяли такие жалкие миллиметры. Он сам загнал её в угол и при этом запрещал себя касаться. В этих действиях не было логики. И это пугало её. Пусть неизвестность манила мрачным шлейфом за собой, заставляя жадно ловить ртом воздух. А ведь здесь всё им пропахло. Этим тягучим, взывающим к чувствам ароматом свежести и порочной дерзости.lg...

— Ты сделала ошибку, Люмин. — И какую же? — Ту, за которую обычно следует наказание. — Я не вижу у тебя ни кандалов, ни приговора. — О, я давно отказался от грубых инструментов. Предпочитаю… более точные методы. — Например? — Скажем так: я умею заставлять людей терять дар речи, даже не повышая голоса. — Ты угрожаешь? — Язык используют не только для разговоров,— он посмотрел на неё снизу вверх, до талии. — Теперь ты понимаешь, что я имею в виду? О, Архонты... Да... она поняла.lg...

Не выдержав, что его колотят, как мешок со старыми грушами, Скарамучча вытянул руки и вцепился в кофту несносной особы перед собой. Та была не столь крепка и тут же распахнулась, открывая весьма двусмысленный вид. – Что, неприятно тебе, да? – прошипел он, продолжая трясти девушку. Едва ли в этом была пошлость, лишь чистой воды неприкрытое бешенство. Оба злобно уставились друг на друга. Снова. – Да что б тебя, придурок сумасшедший! – Люмин изумлённо опустила взгляд вниз, внутренне крича.lg...

Рывком поднявшись с края здания, он прижал Маринетт к себе. Сквозь зубы прошипел так тихо, как только мог: – Только вздумай двинуться, сумасшедшая. Мы стоим на самом краю. А я – одной ногой в воздухе, – Нуар специально слегка подул ей прямо в шею и с мрачным удовлетворением заметил, как девушка вздрогнула. А после зачем-то добавил: – Просто доверься мне. Язвительного комментария, на удивление Адриана, не последовало. И уже через мгновение он понял почему. – Мы о чём-то забыли, да?lg...

— Я, должно быть, сумасшедшая… Возбуждение, откуда? У каждого человека есть желания, которые он не сообщает другим, и желания, в которых он не сознается даже себе самому. Уэнсдей Аддамс хранила желание за тёмной дверью своей комнаты. Было бы забавно, потеряй она ключ. Шлёпнув себя по щекам, Уэнсдей нахмурилась. Да что это было вообще? Даже не так. Когда это началось? Спросите у Ксавье.lg...