— Драко, пригнись! Я резко обернулся и тут же присел. Сердце упало в пятки, потому что бладжер уже был прямо перед моим лицом. Он резко развернулся и полетел в сторону. Я взглянул на поле. Ярдах в десяти от нас зависла Грейнджер со своей битой наперевес. Гриффиндорцы на трибунах смеялись. — Не время спать, Малфой! — с ужасом в глазах злобно выкрикнула она и умчалась за Поттером. — Берегись, Малфой. Она тебе ещё припомнит «грязнокровку», — расплылся в язвительной ухмылке Маркус.lg...

И кто в итоге съел почти весь мой попкорн? Конечно Драко Малфой! — Что это за надутые опилки? — усмехался он, таская один корявый шарик за другим. — Как это можно есть? Вот картофель фри — я понимаю! — Мне-то оставь! — шутливо ворчала я. — Ты же, вроде, дома наелся? — Что тебе, надутых опилок мужу жалко?lg...

Тишина. Покой. Боль. Ожоги стали его постоянным спутником, и Драко Малфой больше не обращается в медпункт, научившись простым манипуляциям с исцеляющими зельями. Драконы — существа недоверчивые и привередливые. Белобрысый новичок вызывал в них бурю возмущения, зачастую вырывавшуюся из пасти жарким пламенем. Опалённые волосы и ресницы вскоре перестали навевать недовольство — Драко плюнул на это, прекратив каждый вечер рассматривать своё отражение в зеркале.lg...

Драко так и не смог вручить это письмо Гермионе тогда, когда оно было написано. Он хранил его долго. И лишь когда они прожили вместе счастливых пятьдесят лет, решился отдать ей пожелтевший конвертик, в котором хранилась вся его нежность.lg...

Он тяжело лязгал цепями, нервно расхаживая по клетке из угла в угол. Его истерзанное шрамами тело говорило лишь об одном — Малфой провёл здесь не один год. Как бы она ни относилась к нему в прошлом, Гермионе было больно смотреть на свежие раны на его плечах.lg...

— Потом будешь меня обвинять! — спокойно произнёс Малфой. — Но для начала… — Он подошёл к ней ближе, сосредоточил взгляд на её приоткрытых губах, украшенных блаженной полуулыбкой. Его ладонь трепетно коснулась её щеки, а большой палец мягко проскользил по губам. Взгляд серых глаз остановился на замершем взгляде карих, из которых побежали две прозрачные дорожки неудержанных слёз. Драко бережно вытер их подушечками пальцев и прошептал: — Для начала я спасу тебя, Грейнджер.lg...

Он нёсся по коридору, как одержимый, сбивая с дороги первокурсников, если не успели увернуться. Перед глазами её взгляд, улыбка, обнажённые плечи, плавные движения. "Что ты творишь, Грейнджер..." - стучало в голове.lg...

Я тихо постучала, он открыл дверь в ту же секунду. У него были мокрые волосы и лицо, рубашка расстёгнута. Драко был так привлекателен, просто безумно! Я постаралась взять себя в руки. — Прости, — виновато сказала я. — У меня тут беда… Я повернулась к нему спиной. — Расстегни, пожалуйста, не могу в нём спать. Повисла пауза. Она была слишком длинной. Я начала волноваться. Тут почувствовала, что его рука взяла застёжку и медленно потянула вниз.lg...

— Двадцать лет, любимый, — с нежностью прошептала Гермиона, ласково обнимая бёдра мужа. — Прежде всего нужно выбрать цвет. Всё должно подчёркивать суть наших отношений. Драко, расплываясь в довольной улыбке, настойчиво притянул к себе жену, обвивая её тонкую талию одной рукой. — Цвет твоего выпускного платья. Алый.lg...

— А родители… — вздохнула я, зажимая рот ладонью, — мы попадёмся. — Вряд ли они знают, где здесь находится кухня, миссис Малфой, — усмехнулся он, продолжая ласкать меня, поглаживая кончиками пальцев...lg...

Казалось, что счастье навсегда поселилось в их семье. Любящие супруги, талантливая дочь... и сын... Их боль...lg...

Гермиона села, сложив ноги по-турецки, стала задумчиво растирать пальцы ног. Гарри дежурит снаружи. Вот уже несколько дней, как Рон ушёл. Но она думает не о нём.lg...

— Как ты… смеешь?! — взвизгнула она. — Привык к своим фанаткам?! Мерзавец! Довольная сияющая улыбка расцвела на его лице, и Гермиона растерялась. — Ты всё та же, Грейнджер. Такая же, как в школе. Великий Салазар, я думал, что ты изменилась… — Да что ты несёшь?! — прищурилась она. Он схватил со стоящего рядом столика карточку и сунул в карман её синих джинсов. — Приходи. Не пожалеешь, — усмехнулся он.lg...

— Уходи… — шепнул он. — Что? — не веря своим ушам, произнесла она. — Уходи, — чуть громче повторил он, его лицо стало похоже на ледяное изваяние. — Лети вперёд, Грейнджер. Лети одна. Я не стану ломать твои крылья. Она медленно обошла его и направилась к двери. — Подумай, Драко… — Нечего раздумывать. Всё решено, — бесчувственно бросил он.lg...

Разбитые стёкла и сломанные двери, держащиеся, кажется, лишь друг на друге, ободранные и исписанные похабными граффити стены. Но тут его внимание привлёк балкон. А точнее… дерево. Тонкое, высокое дерево, выросшее прямо на балконе возле приоткрытой двери с треснувшим стеклом. Дерево было удивительно изящным, прекрасным, покрытым жёлтыми листьями в форме маленьких сердец. И удручающий вид этого дома стал казаться… привлекательным, даже заманчивым.lg...

Он просто шёл ей навстречу. Грейнджер была сосредоточена, задумчива, она смотрела себе под ноги, крепко обхватив руками большую сумку, очевидно, наполненную документами или книгами. В магловском Лондоне иначе нельзя. Драко не сводил с неё глаз, пока молодой человек и девушка не поравнялись. Сердце с бешеной скоростью долбило в грудную клетку, норовя разорвать рёбра. Гермиона прошла мимо, так и не подняв головы. Не заметила. Главное, что заметил он...lg...

Гермиона и Драко работали вместе в Отделе тайн в течение многих лет, став близкими коллегами и почти друзьями. Гермиона не могла сказать, когда и как все изменилось.lg...

Она смотрела в небо. Красивые резные снежинки, кружась, опускались на её ресницы. Гермиона щурилась, улыбалась, но продолжала стоять, подняв голову. Драко казалось, что эту девушку он видит впервые в жизни.lg...

— Эй, крошка! — издевательская усмешка растягивает его чувственные губы. Но девушка даже глазом не моргнула, проходя мимо. — Ты глухая, что ли? — ядовито скривился он. Она продолжала свой путь, будто её это не касается. — Ну ладно… — сквозь зубы процедил он и оттолкнулся от стены, направляясь в её сторону. — Малфой! — пытаясь схватить его за руку, дёрнулся Нотт, но не дотянулся.lg...

— Тебе знакомо чувство, будто должно случиться что-то очень важное? Когда сердце замирает, и ты словно оказываешься в другом мире, разделённом на «до» и «после»? — О чём ты? — Просто послушай. Мне нужно, чтобы кто-нибудь выслушал…lg...

— Драко, — шепчет она, и звук ее голоса похож на зачарованную мелодию. Ее тело невероятно соблазнительно; она тянется за новым поцелуем, и он обнимает ее за талию, чтобы притянуть ближе. Он вдыхает аромат пышных волос, в то время как их губы соединяются, и думает, что, возможно, ощущение потери больше никогда к нему не вернётся. Но внезапно тонкие пальчики оказываются на его груди, отталкивая, и он знает, что последует дальше.lg...

Альфы и омеги зависят друг от друга. Чем дольше они отрицают потребности своего тела, тем хуже становятся симптомы. Гермиона Грейнджер никогда не была с альфой, и ее течка становится невыносимой. Драко Малфой начинает терять контроль над своим телом в борьбе с собственным предназначением. Они обращаются в Министерскую программу, зная, что им придется столкнуться с неизбежным, чтобы не потерять себя, воспользовавшись правом на чужое согласие.lg...

Габриэль с достоинством вздёргивала подбородок и говорила: — А кто решил, что он мне нужен? Мы просто друзья. С годами все привыкли к тому, что Гэби всё время где-то с ним рядом, словно младшая сестра. Том брал её с собой в кино, в боулинг, играть в гольф и выгуливать собаку. У неё были ключи от его квартиры, загородного коттеджа и от машины. Он доверял ей как родному человеку, и для неё со временем это стало просто жизнью.lg...

— Конечно! — скривился Малфой. — Декан Гриффиндора всегда оправдывает своих львят. — Как будто декан Слизерина не оправдывает своих змеёнышей! — парировала Гермиона. — Сними баллы! Это воспитательный момент. Я сняла со своего факультета, хотя уверена, что это… не совсем справедливо. Но драка должна быть соответственно оценена. Разве ты так не считаешь? — Твои начали, им и отвечать.lg...

— Ты должна поклониться мне! — властно заявил Малфой. — Так написано! Лошадь ещё какое-то время стояла без движения, будто не понимала его. Драко стиснул зубы и процедил: — Поклонись, тварь! Лошадь опустила голову почти до земли, но этого ему было мало. — На колени! — надменно произнёс он. Огромные карие глаза лошади, обрамлённые длинными чёрными ресницами, встретились с его взглядом. Глубокие, грустные глаза. — Я сказал, на колени, грязнокровка!lg...