Аспид всегда была такой сильной, такой холодной, такой отстраненной. Для других, но для него она всегда была открыта. Беллами никогда не чувствовал себя одиноко, потому что рядом, прямо за его спиной всегда стояла она, готовая в любой момент очередного падения поймать его. Измучанная, она подходит и утыкается ему в шею, заливает рубашку слезами чистой истерии. Изо всех сил бьет его в грудь, кричит, вырывается. Дикий зверь. Он приручал ее силой. «То, что я любила тебя, убило во мне все живое».lg...

— Я скучаю по тебе. Матвеев будто признаётся в том, что совершил нечто плохое, утыкается носом в ее шею, позволяя губам прикоснуться к ее шее. Кристин не забыла его и никогда бы не смогла, просто позволила своему сердцу отложить воспоминания о нем в самый дальний чемоданчик, изредка доставая одно из них, чтобы напомнить себе о том, что когда-то позволяла себе перепрыгивать через огонь, что ласково дотрагивался до неё языками пламеня. — И я скучаю. Но тебя ждёт Астрид.lg...

Никогда не обижай ведьму. Ибо никогда не знаешь с какими силами тебе придётся иметь дело. Она не просто женщина, она избранная духами первородными, эти духи ее берегут, как зеницу Ока, мстят за ее боль обидчику. Мстят жестоко и страшно.lg...

Поймай меня, если сможешь. Гертруда не признаёт магию, не верит в экстрасенсов и плюётся от одного лишь упоминания потустороннего. Гертруда знает: никому и никогда не удастся внушить ей, что все это на самом деле правда. А потом она встречает Влада, у которого за спиной вечно кривящийся в оскале демон. И он сжимает ее шею в тисках, загоняя в смертельную ловушку. Поймал, кажется.lg...

у Аспид с Олегом — взаимная ненависть с первого сраного взгляда. Они застывают немыми статуями посреди Готического Зала, их противостояния вошли в привычку с самого первого гребаного дня. Два урагана, сметающие всё на своём пути, если встретятся — конец придёт всему, но наступит долгожданная тишина.lg...