«Ну вот и день, когда ты стал на год старее», — с ироничной горечью подумал он, когда его сознание ещё было не до конца пробуждено. Мысль о возрасте, о времени, которое неумолимо движется вперёд, только усиливала его привычное чувство усталости. Дни сливались в серую массу, и День рождения казался очередной вехой в этой бесконечной гонке. Но в это утро что-то было по-другому.lg...

— Так ты мой ангел-хранитель, — попыталась разбавить атмосферу Ольга, плеснув в разговор каплю юмора. — Скорее ты мой, — прошептал он, взгляд его был полон таинственной грусти. Грусти от осознания того, как долго он жил, словно скованный льдом, как долго он не позволял себе чувствовать, любить по-настоящему.lg...

«Если мы хотим взаимопонимания, нам нужно знать желания друг друга. Если мы хотим любить друг друга, мы должны знать, чего хочет другой.»lg...

Она – солнце, взошедшее в его душе, счастье, затмевающее все остальные, сокровище, которому нет замены. Истина проста, его дом там, где она.lg...

Она услышит, она заплачет. И я надену ей кольцо на пальчик!lg...

— Я обожаю твои крики наслаждения, Казанцева, — он подмигнул ей, предвкушая, как алый румянец заиграет на её щеках. Воздух между ними в момент словно загустел, наполнившись электризующим напряжением.lg...

«Она вошла в мою жизнь, как будто всегда жила там, как будто мое сердце было домом, построенным специально для неё.»lg...

«Боже, Казанцева, ну что ты делаешь со мной?» — мысленно простонал Вадим, чувствуя, как ревность, словно ядовитый туман, затмевает разум, превращая его в одержимого. Так ведь нельзя. Он знал, что нужно взять себя в руки, что нужно успокоиться, но не мог. Ольга была его воздухом, его жизнью, и сейчас кто-то пытался этот воздух у него отнять. Это было невыносимо.lg...

— Ты мне можешь объяснить, зачем ты полез? — Ольга, с трепетной осторожностью касаясь ваткой его рассеченной брови, смотрела на Вадима с нескрываемой тревогой, в глубине которой мерцала всепоглощающая нежность. — А если этот недоумок напишет заявление? Казанцев, какой же ты у меня дурной… — упрек, слетевший с ее губ, прозвучал как ласковое бурчание.lg...

Покроется небо пылинками звезд, и выгнутся ветки упруго. Тебя я услышу за тысячу верст. Мы — эхо, Мы — эхо, Мы — долгое эхо друг друга.lg...

Как, черт возьми, сохранять спокойствие, рассудок, хоть каплю здравого смысла, когда однажды жизнь уже нанесла такой сокрушительный удар, что шрамы, казалось, прожгли саму ее суть? Может быть, эта боль обречена преследовать ее до конца жизни, отравляя каждую радость, превращая каждое проявление любви в потенциальную угрозу?lg...

Чем выше любовь — тем ниже поцелуи.lg...

Внезапный, резкий выстрел разорвал тишину. Звук прокатился эхом, отразившись от стен университета, и вонзился в сердце Ольги острой, нестерпимой болью. Она вздрогнула всем телом, инстинктивно прижимая Лизу к себе ещё сильнее. Мысль о том, что Вадим находится там, внутри, пронзила её, словно раскалённое железо. — Вадим! — крик вырвался из её груди, разорванный, полный отчаяния и ужаса. Этот крик утонул в пустоте, в бездне её страха.lg...

Её взгляд метался по комнате, невольно высматривая Вадима. Он стоял немного поодаль, на фоне ярких огней и сверкающих декораций, в компании брюнетки, волосы которой переливались под освещением. С каждым мгновением он всё больше погружался в разговор с ней, а Ольга всё сильнее накрывала волной ревности и досады. Она заметила, как эта женщина смеётся, как её губы играют, будто бы каждое слово, которое она произносит, специально создано лишь для того, чтобы привлечь внимание Вадима.lg...

Я знаю город любви — не Париж, а дождливый Питер.lg...

«Нужно иметь что-то общее, чтобы понимать друг друга, и чем-то отличаться, чтобы любить друг друга.» —  Жан-Жак Руссоlg...

И в шепоте поцелуев больше не слышалось ни тени сомнения, ни отголоска страха — лишь безоговорочное, всепоглощающее доверие, подобное бездонному океану, помогающее пережить любую — самую страшную бурю.lg...

— Да и пора признать, что мы оба с тобой не подарок, хотя для меня ты точно подарок, — он погладил её щеку, его большой палец легко скользнул по её коже, вызывая приятную дрожь. — Что уж поделать, муж и жена — одна сатана, все дела, — Вадим улыбнулся, его глаза светились теплым светом, в его улыбке таилась и лёгкая ирония, и глубокое понимание.lg...

В их сердцах разгоралось новое пламя, яркое и жаркое, способное растопить любой лёд, даже душевный. Зима в этом году получилась удивительно тёплой.lg...

Кто бы мог предположить, что за этой маской скрывается такая глубина, такая нежность, способная разжечь в ее душе пожар чувств, до сих пор ей неведомых? Ольга протянула руку, кончиками пальцев поглаживая его щетину. Такой родной. Прикосновение вызвало волну приятных воспоминаний, словно кадры фильма промелькнули перед ее внутренним взором.lg...

В любви равно участвуют и душа и тело, в противном случае любовь неполна: мы не духи и не звери. «Обыкновенная история», Иван Гончаровlg...

— Вадим Юрьевич, субординация, - воскликнула женщина, убирая руки мужчины с талии. — Так точно, Ольга Сергеевна.Но в виде исключения могу ли я попросить Вас об одном поцелуе?lg...

За эти месяцы отношений не было сомнений в том, что они нравятся друг другу и им хорошо вместе. Но любовь? Неужели после стольких предательств и неудачных попыток есть шанс встретить того самого человека, когда седина уже тронула виски, а сердце казалось огрубевшим от разочарований?lg...

В тишине, лишь под тихий звук шагов, в их сердцах прозвучала одна и та же, созвучная мысль: «Как же важно и дорого найти человека, который будет любить, принимать тебя любым, со всеми твоими слабостями и противоречиями». В их взглядах, полных любви и спокойствия, отразилось бесценное понимание: им в этом плане поистине повезло.lg...

Вадим, ощущая тепло её рук, погружался в воспоминания о детстве, когда забота матери окутывала его, как мягкое одеяло. Он вспомнил, как она сидела рядом, когда он болел, шептала успокаивающие слова и гладила его по голове, словно пытаясь передать свою силу и здоровье. Эти моменты были священными, и сейчас, когда Ольга делала то же самое, в его сердце разливалось тепло и нежность. Словно впервые за столько лет он почувствовал что-то действительно родное.lg...