— Кэйа… — лицо того, чье имя она произнесла, расплылось в знакомой, довольной улубке. — Да? — незамедлительно последовал ответ. А вот дальше Люмин свою речь не продолжила, как она должна ему сказать, что она хочет, как минимум, его раздеть?lg...

Лазурный цвет его глаз светился дьявольской похотью, будто гордясь собой — он единственный, кто видит Люмин такой, видит, как она изгибается под ним, осуществляя свои самые грязные фантазии и просится не останавливаться.lg...