16+
Кира стояла в полумраке заброшенной комнаты, и её силуэт будто растворялся в тенях, становясь то чётче, то почти невидимым. В её глазах застыл холод — словно в них отражалась сама тьма, что жила в этом доме.
На рукаве её потрёпанного свитера темнели бурые пятна, а по бледной коже медленно стекала густая жидкость из разорванной плоти — не просто кровь, а что-то вязкое, с перламутровым отливом, будто смешанное с тьмой. Казалось, рана не причиняла ей боли — скорее, она подпитывала её, делая взгляд ещё более пустым и пронзительным.
Движения Киры были резкими, дёрганными, как у марионетки, которой управляет кто-то чужой. Иногда она замирала, прислушиваясь к шёпоту, который слышала только она, и тогда из её приоткрытых губ вырывался тихий, едва уловимый стон — не то от муки, не то от восторга.
От неё веяло могильным холодом, а воздух рядом будто становился гуще, тяжелее, словно сама реальность прогибалась под её присутствием. Говорили, что Кира уже не была до конца человеком — она стала п